Стихи  /  Николай Заболоцкий  /  Пир в доме Бомбеева

Пир в доме Бомбеева

Лесной чертог блистает, как лампада,  
Кумиры стройные стоят, как колоннада,  
И стол накрыт, и музыка гремит,  
И за столом лесной народ сидит.  
На алых бархатах, где раньше были панны,  
Сидит корявый дуб, отведав чистой ванны,  
И стуло греческое, на котором Зина  
Свивала волосы и любовалась завитушками,  
Теперь согнулося: на нем сидит осина,  
Наполненная воробьями и кукушками.  
И сам Бомбеев среди пышных кресел  
Сидит один, и взор его невесел,  
И кудри падают с его высоких плеч,  
И чуть слышна его простая речь.  

❉❉❉❉


Б о м б е е в  

❉❉❉❉


Послушайте, деревья, речь,  
Которая сейчас пред вами встанет,  
Как сложенная каменщиком печь.  
Хвала тому, кто в эту печь заглянет,  
Хвала тому, кто, встав среди камней,  
Уча другого, будет сам умней.  

❉❉❉❉


Я всю природу уподоблю печи.  
Деревья, вы ее большие плечи,  
Вы ребра толстые и каменная грудь,  
Вы шептуны с большими головами,  
Вы императоры с мохнатыми орлами,  
Солдаты времени, пустившиеся в путь!  
А на краю природы, на границе  
Живого с мертвым, умного с тупым,  
Цветут растений маленькие лица,  
Растет трава, похожая на дым.  
Клубочки спутанные, дудочки сырые,  
Сухие зонтики, в которых налит клей,  
Все в завитушках, некрасивые, кривые,  
Они ползут из дырочек, щелей,  
Из маленьких окошечек вселенной  
Сплошною перепутанною пеной.  

❉❉❉❉


Послушайте, деревья, речь  
О том, как появляется корова.  
Она идет горою, и багрова  
Улыбка рта ее, чтоб морду пересечь.  
Но почему нам кажется знакомым  
Всё это тело, сложенное комом,  
И древний конус каменных копыт,  
И медленно качаемое чрево,  
И двух очей, повернутых налево,  
Тупой, безумный, полумертвый быт?  

❉❉❉❉


Кто, мать она? Быть может, в этом теле  
Мы, как детеныши, когда-нибудь сидели?  
Быть может, к вымени горячему прильнув,  
Лежали, щеки шариком надув?  
А мать-убийца толстыми зубами  
Рвала цветы и ела без стыда,  
И вместе с матерью мы становились сами  
Убийцами растений навсегда?  

❉❉❉❉


Послушайте, деревья, речь  
О том, как появляется мясник.  
Его топор сверкает, словно меч,  
И он к убийству издавна привык.  
Еще растеньями бока коровы полны,  
Но уж кровавые из тела хлещут волны,  
И, хлопая глазами, голова  
Летит по воздуху, и мертвая корова  
Лежит в пыли, для щей вполне готова,  
И мускулами двигает едва.  
А печка жизни всё пылает,  
Горит, трещит элементал,  
И человек ладонью подсыпает  
В мясное варево сияющий кристалл.  
В желудке нашем исчезают звери,  
Животные, растения, цветы,  
И печки-жизни выпуклые двери  
Для наших мыслей крепко заперты.  
Но что это? Я слышу голоса!  

❉❉❉❉


З и н а  

❉❉❉❉


Как вспыхнула заката полоса!  

❉❉❉❉


Б о м б е е в  

❉❉❉❉


Стоит Лесничий на моем пороге.  

❉❉❉❉


З и н а  

❉❉❉❉


Деревья плачут в страхе и тревоге.  

❉❉❉❉


Л е с н и ч и й  

❉❉❉❉


Я жил в лесу внутри избушки,  
Деревья цифрами клеймил,  
И вдруг Бомбеев на опушке  
В лесные трубы затрубил.  
Деревья, длинными главами  
Ныряя в туче грозовой,  
Умчались в поле. Перед нами  
Возникнул хаос мировой.  
Бомбеев, по какому праву,  
Порядок мой презрев,  
Похитил ты дубраву?  

❉❉❉❉


Б о м б е е в  

❉❉❉❉


Здесь я хозяин, а не ты,  
И нам порядок твой не нужен!  
В нем людоедства страшные черты.  

❉❉❉❉


Л е с н и ч и й  

❉❉❉❉


Как к людоедству ты неравнодушен!  
Однако за столом, накормлен и одет,  
Ужель ты сам не людоед?  

❉❉❉❉


Б о м б е е в  

❉❉❉❉


Да, людоед я, хуже людоеда!  
Вот бык лежит — остаток моего обеда.  
Но над его вареной головой  
Клянусь: окончится разбой,  
И правнук мой среди домов и грядок  
Воздвигнет миру новый свой порядок.  

❉❉❉❉


Л е с н и ч и й  

❉❉❉❉


А ты подумал ли о том,  
Что в вашем веке золотом  
Любой комар, откладывая сто яичек в сутки,  
Пожрет и самого тебя, и сад, и незабудки?  

❉❉❉❉


Б о м б е е в  

❉❉❉❉


По азбуке читая комариной,  
Комар исполнится высокою доктриной.  

❉❉❉❉


Л е с н и ч и й  

❉❉❉❉


Итак, устроив пышный пир,  
Я вижу: мыслью ты измерил целый мир,  
Постиг планет могучее движенье,  
Рожденье звезд и их происхожденье,  
И весь порядок жизни мировой  
Есть только беспорядок пред тобой!  
Нет, ошибся ты, Бомбеев,  
Гордой мысли генерал!  
Этот мир не для злодеев,  
Ты его оклеветал.  
В своем ли ты решил уме,  
Что жизнь твоя равна чуме,  
Что ты, глотая свой обед,  
Разбойник есть и людоед?  
Да, человек есть башня птиц,  
Зверей вместилище лохматых,  
В его лице — миллионы лиц  
Четвероногих и крылатых.  
И много в нем живет зверей,  
И много рыб со дна морей,  
Но все они в лучах сознанья  
Большого мозга строят зданье.  
Сквозь рты, желудки, пищеводы,  
Через кишечную тюрьму  
Лежит центральный путь природы  
К благословенному уму.  
Итак, да здравствуют сраженья,  
И рев зверей, и ружей гром,  
И всех живых преображенье  
В одном сознанье мировом!  
И в этой битве постоянной  
Я, неизвестный человек,  
Провозглашаю деревянный,  
Простой, дремучий, честный век.  
Провозглашаю славный век  
Больших деревьев, длинных, рек,  
Прохладных гор, степей могучих,  
И солнце розовое в тучах,  
А разговор о годах лучших  
Пусть продолжает человек.  
Деревья, вас зовет природа  
И весь простой лесной народ,  
И все живое, род от рода  
Не отделяясь, вас зовет  
Туда, под своды мудрости лесной,  
Туда, где жук беседует с сосной,  
Туда, где смерть кончается весной,—  
За мной!  

❉❉❉❉


1933  

❉❉❉❉