Стихи  /  Иосиф Бродский  /  Памяти Геннадия Шмакова

Памяти Геннадия Шмакова

Извини за молчанье. Теперь  
ровно год, как ты нам в киловаттах  
выдал статус курей слеповатых  
и глухих — в децибелах — тетерь.  

❉❉❉❉


Видно, глаз чтит великую сушь,  
плюс от ходиков слух заложило:  
умерев, как на взгляд старожила —  
пассажир, ты теперь вездесущ.  

❉❉❉❉


Может статься, тебе, хвастуну,  
резонеру, сверчку, черноусу,  
ощущавшему даже страну  
как безадресность, это по вкусу.  

❉❉❉❉


Коли так, гедонист, латинист,  
в дебрях северных мерзнувший эллин,  
жизнь свою, как исписанный лист,  
в пламя бросивший, — будь беспределен,  

❉❉❉❉


повсеместен, почти уловим  
мыслью вслух, как иной небожитель.  
Не сказать «херувим, серафим»,  
но — трехмерных пространств нарушитель.  

❉❉❉❉


Знать теперь, недоступный узде  
тяготенья, вращению блюдец  
и голов, ты взаправду везде,  
гастроном, критикан, себялюбец.  

❉❉❉❉


Значит, воздуха каждый глоток,  
тучка рваная, жиденький ельник,  
это — ты, однокашник, годок,  
брат молочный, наперсник, подельник.  

❉❉❉❉


Может статься, ты вправду целей  
в пляске атомов, в свалке молекул,  
углерода, кристаллов, солей,  
чем когда от страстей кукарекал.  

❉❉❉❉


Может, вправду, как пел твой собрат,  
сентименты сильней без вместилищ,  
и постскриптум махровей стократ,  
чем цветы театральных училищ.  

❉❉❉❉


Впрочем, вряд ли. Изнанка вещей  
как защита от мины капризной  
солоней атлантических щей,  
и не слаще от сходства с отчизной.  

❉❉❉❉


Но, как знавший чернильную спесь,  
ты оттуда простишь этот храбрый  
перевод твоих лядвий на смесь  
астрономии с абракадаброй.  

❉❉❉❉


Сотрапезник, ровесник, двойник,  
молний с бисером щедрый метатель,  
лучших строк поводырь, проводник  
просвещения, лучший читатель!  

❉❉❉❉


Нищий барин, исчадье кулис,  
бич гостиных, паша оттоманки,  
обнажившихся рощ кипарис,  
пьяный пеньем великой гречанки,  

❉❉❉❉


— окликать тебя бестолку. Ты,  
выжав сам все, что мог, из потери,  
безразличен к фальцету тщеты,  
и когда тебя ищут в партере,  

❉❉❉❉


ты бредешь, как тот дождь, стороной,  
вьешься вверх струйкой пара над кофе,  
треплешь парк, набегаешь волной  
на песок где-нибудь в Петергофе.  

❉❉❉❉


Не впервой! так разводят круги  
в эмпиреях, как в недрах колодца.  
Став ничем, человек — вопреки  
песне хора — во всем остается.  

❉❉❉❉


Ты теперь на все руки мастак —  
бунта листьев, падения хунты —  
часть всего, заурядный тик-так;  
проще — топливо каждой секунды.  

❉❉❉❉


Ты теперь, в худшем случае, пыль,  
свою выше ценящая небыль,  
чем салфетки, блюдущие стиль  
твердой мебели; мы эта мебель.  

❉❉❉❉


Длинный путь от Уральской гряды  
с прибауткою «вольному — воля»  
до разреженной внешней среды,  
максимально — магнитного поля!  

❉❉❉❉


Знать, ничто уже, цепью гремя  
как причины и следствия звенья,  
не грозит тебе там, окромя  
знаменитого нами забвенья.  

❉❉❉❉


21 августа 1989  

❉❉❉❉