Стихи  /  Михаил Кузмин  /  Чередованье милых развлечений

Чередованье милых развлечений

Чередованье милых развлечений  
Бывает иногда скучнее службы.  
Прийти на помощь может только случай,  
Но случая не приманишь, как Жучку.  
Храм случая — игорные дома.  
Описывать азарт спаленных глаз,  
Губ пересохших, помертвелых лбов  
Не стану я. Под выкрики крупье  
Просиживал я ночи напролет.  
Казалось мне, сижу я под водою.  
Зеленое сукно напоминало  
Зеленый край за паром голубым…  
Но я искал ведь не воспоминаний,  
Которых тщательно я избегал,  
А дожидался случая. Однажды  
Ко мне подходит некий человек  
В больших очках и говорит: — Как видно,  
Вы вовсе не игрок, скорей любитель,  
Или, верней, искатель ощущений.  
Но, в сущности, здесь — страшная тоска:  
Однообразно и неинтересно.  
Теперь еще не поздно. Может быть,  
Вы не откажетесь пройтись со мною  
И осмотреть собранье небольшое  
Диковинок? Изъездил всю Европу  
Я с юных лет; в Египте даже был.  
Образовался маленький музей, —  
Меж хламом есть занятные вещицы,  
И я, как всякий коллекционер,  
Ценю внимание; без разделенья,  
Как все другие, эта страсть — мертва. —  
Я быстро согласился, хоть по правде  
Сказать, не нравился мне этот человечек:  
Казался он назойливым и глупым.  
Но было только без четверти час,  
И я решительно не знал, что делать.  
Конечно, если разбирать как случай —  
Убого было это приключенье!  
Мы шли квартала три; подъезд обычный,  
Обычная мещанская квартирка,  
Обычные подделки скарабеев,  
Мушкеты, сломанные телескопы,  
Подъеденные молью парики  
Да заводные куклы без ключей.  
Мне на мозги садилась паутина,  
Подташнивало, голова кружилась,  
И я уж собирался уходить…  
Хозяин чуть замялся и сказал:  
— Вам, кажется, не нравится? Конечно,  
Для знатока далеко не товар.  
Есть у меня еще одна забава,  
Но не вполне закончена она.  
Я все ищу вторую половину.  
На днях, надеюсь, дело будет в шляпе.  
Быть может, взглянете? — Близнец! — «Близнец?!»  
— Близнец. — «И одиночка?» — Одиночка.  
Вошли в каморку мы: посередине  
Стоял аквариум, покрытый сверху  
Стеклом голубоватым, словно лед.  
В воде форель вилась меланхолично  
И мелодично била о стекло.  
— Она пробьет его, не сомневайтесь. —  
«Ну, где же ваш близнец?» — Сейчас, терпенье. —  
Он отворил в стене, с ужимкой, шкап  
И отскочил за дверцу. Там, на стуле,  
На коленкоровом зеленом фоне  
Оборванное спало существо  
(Как молния мелькнуло — «Калигари!»):  
Сквозь кожу зелень явственно сквозила,  
Кривились губы горько и преступно,  
Ко лбу прилипли русые колечки,  
И билась вена на сухом виске.  
Я с ожиданием и отвращеньем  
Смотрел, смотрел, не отрывая глаз…  
А рыба бьет тихонько о стекло…  
И легкий треск и синий звон слилися…  
Американское пальто и галстук…  
И кепка цветом нежной rose champagne.  
Схватился з_а

❉❉❉❉

сердце и дико вскрикнул…  
— Ах, Боже мой, да вы уже знакомы?  
И даже… может быть… не верю счастью!..  
«Открой, открой зеленые глаза!  
Мне все равно, каким тебя послала  
Ко мне назад зеленая страна!  
Я — смертный брат твой. Помнишь, там, в Карпатах?  
Шекспир еще тобою не дочитан  
И радугой расходятся слова.  
Последний стыд и полное блаженство!..»  
А рыба бьет, и бьет, и бьет, и бьет.  

1925  

❉❉❉❉